?

Log in

No account? Create an account

Какая была при Сталине, самая главная работа в СССР?

Начнем.
В ворота фермы молочной, дуло и коровы болели.
Не подумайте, что будет пост про коров.
Пост про 1 канал и бригаду Соловьева, что неустанно трудится разоблачая Америку и предрекая ей скорую гибель.

Сегодня о гибели Америки не говорят. Говорят о крахе доллара.
Услышал утром, зайдя к знакомым.

Сам Соловьев физически очень здоровый мужчина, был ли здоровее пропагандиста, что каждую неделю приезжал на молочную ферму и разоблачал Америку, предрекая ей скорый крах, сказать сегодня невозможно.



Это мне вспомнилась, глядя на здоровенного Соловьева и слыша про крах доллара: Евпатория, ПМК-177.

Так назвались строительные организации, которые строили не в городе, а за его пределами.

Каждое утро мы едим строить в ближайшие колхозы или совхозы.
Мы строили школы, фермы, жилые дома, дедсады, все.

Пробежать 30-50 км автобус не может быстро и у меня было время на английский, тогда его начал учить, а надоедало учить, можно было поговорить.

Шел 1975 год, а моя соседка Шурочка, рассказывала мне про годы 1952- 53.
Любил послушать, грешен, как там было на самом деле. Про настоящий сталинизм.

Она в то время, девчонкой, работала на молочной ферме, дояркой.

Каждую неделю на ферме появлялся местный агитатор с очередной порцией разоблачения Америки и всегда предрекал ей скорую гибель.

Здоровый был мужик, но просто очень здоровый, рассказывала Шурочка. Ее в сорок лет так и звали.
Быстрая, шустрая, обаятельная- Шурочка, одним словом.

А ворота фермы покосились и из них дуло.
Коровы болели.

Завфермой, фронтовик, кусочек ноги и кусочек руки он оставил на фронте, решить вопрос сам не мог, а к председателю то ли боялся обратится, то ли еще какие то причины были, но в ворота дуло.

Я и говорю, Инвалиду, так мы за глаза звали нашего руководителя.
Кстати Инвалид он был насчет работы физической, а что касалось женского пола, тут ему не каждый здоровый мужик в соперники годился.

Так вот, я ему и говорю: « А можно я попрошу нашего бездельника- агитатора, помочь нам. Пусть одну лекцию про Америку не прочитает и мы вместе ворота починим.
Смотри , какой он здоровый. Ему это легко".

Лучше бы этого не говорила.
Получила от Инвалида:
-Важнее его миссии, в совхозе работы нет. Бездельник- даже думать не смей.
Ты мне ничего не говорила, а я ничего не слышал. И дальше, и дальше. Час он вне выговаривал, ни меньше.

Что такое миссия, это я не поняла.
Но, основное , мне кажется, уловила:
-люди, которые крах Америке предрекают, они главные, не считая начальства большого.

-Шурочка, ты прелесть, говорю ей.
А дальше то что было.
Починили ворота?

-Ворота, за два года, пока работала, не сделали.
Но, на коров больше не дуло, мы с подружкой взяли два мешка с соломой, она держала снаружи мешок, а я приставила снутри, проволокой мешки связали и дуть перестало.

Ваш.

Comments

Здравствуйте! Мой ответ - продолжение темы о строительстве социализма, которую мы неделю назад на ФБ начали, отвечу здесь, так как контекст актуальнее.
Именно так, сталинизм был созданием монополии на власть, монополии коммунистической партии. Следовательно самая важная работа была партийная, а остальные по определению второстепенны. То есть в случае с СССР некорректно говорить, можно ли так построить социализм, потому что фактически не социализм строили. Троцкий прямо об этом писал, в "Преданной революции".
Вот вы интересный случай описали - на государственной ферме, государственные работники даже задать вопрос не смеют о проблеме, имеющей прямое отношение к производству и выполнению плана. А о пользе от работы партийного лектора лучше даже и не задумыватся. И деваться с этой фермы некуда, всюду один и тот же расклад - работа на государство при монопольной власти партийных чиновников. Эта проблема хорошо описана у Штайнера в "7000 дней в Гулаге". Было два интересных случая, когда иностранные рабочие большой группой переезжали жить в СССР, шутцбундовцы, бежавшие от полицейского преследования в Австрии и испанские коммунисты, бежавшие от Франко. Так вот, обе эти группы на свободе продержались некоторое количество месяцев, потом массово были отправлены на лесоповал. В начале, на стадии официальной встречи, все было хорошо. С едой, с жильем, с торжественными речами. Но когда они начинали жить жизнью обычных советских граждан они сразу сталкивались с разницей между уровнем жизни коммунистов у власти и народом, которому по идее эта власть служит. Начинали выражать недовольство, протестовать и их сажали.

Edited at 2018-05-12 05:54 am (UTC)
Шутцбундовцы были первыми, после них испанцев старались интегрировать в сталинское общество, так как очень для имиджа плохо было, когда угнетенные рабочие из капиталистической страны приезжают жить и работать в "рабоче-крестьянское" государство и в итоге оказываются на зоне. Но не получилось, ресурсов не хватило, как только бюджет на дополнительные выплаты кончился и им пришлось жить на зарплату, произошло то же самое, что и со штуцбундовцами. Они не успели понять, что советская власть в сталинском СССР вещь декоративная, или же не захотели принять этого.

Edited at 2018-05-12 05:55 am (UTC)
Первый состав с шутцбундовцами встретили в Москве на Белорусском вокзале с музыкой. На площади состоялся митинг, на котором выступили австрийские коммунисты Коплениг и Гроссман, а также представители ВКП(б). О шутцбундовцах говорили как о героях и революционерах. Сомкнув ряды, они шли по улицам Москвы до гостиницы «Европа», где их уже ждали накрытые столы. Под музыку и прекрасные закуски они пели революционные песни.

Первые недели они ходили по городу, обращая на себя внимание своей одеждой, особенно накидками и басконскими шапочками. Однако потом они потихоньку стали исчезать с московских улиц. Их можно было еще увидеть в жилых кварталах больших промышленных предприятий в Москве, Харькове, Ленинграде, Ростове и т. д.

В это время в Советском Союзе отменили карточки на хлеб. Русские рабочие были счастливы. Но австрийские рабочие стали роптать, что они получают только черный хлеб и слишком мало сахара. Вожди австрийских коммунистов, работавшие в Москве, тут же выехали на заводы и попытались успокоить щутцбундовцев. Но в ответ услышали лишь угрозы.

– Вы нас обманули.

– Отпустите нас обратно в Австрию.

Вскоре они целыми группами стали обращаться в австрийское посольство в Москве с просьбой разрешить им вернуться на родину. Но в австрийском посольстве не торопились. И пока в Вене заседали по поводу того, пускать ли шутцбундовцев в Австрию, в Москве их прямо на выходе из австрийского посольства арестовывали сотрудники НКВД и отправляли, как контрреволюционеров, в лагеря. ОСО приговаривало их к десяти годам.
После победы генерала Франко большинство солдат республиканской армии бежало во Францию, где их разместили в сборных лагерях. Неиспанцы, если они не были родом из стран, в которых господствовал фашизм, вернулись на родину. Часть испанцев уехала в Южную Америку, часть осталась во Франции, а остальные влачили жалкое существование в лагерях. Ни одна страна не желала принимать этих революционеров. Даже Советский Союз не хотел давать убежища этим борцам, большая часть которых была членами испанской компартии. Размещение этих людей вызывало все больше проблем у французского правительства.

В демократической прессе все чаще звучал вопрос: почему молчит советское правительство?

Наконец Сталин дал согласие принять детей республиканцев. В Советский Союз прибыло несколько транспортов с пятью тысячами испанских детей. MOПP разместил их в детских домах. Самих бойцов не принимали, но Долорес Ибаррури и некоторым членам ЦК компартии Испании устроили сердечный прием. В благодарность, те рукоплескали Сталину, когда он ставил к стенке старых соратников Ленина. Однажды Мануильский попросил Сталина принять несколько тысяч бойцов-республиканцев. Сталин иногда умел быть и великодушным. Он согласился и сказал:

– Но только смотрите, чтобы с испанцами не произошло такого же свинства, как с шутцбундовцами.

Испанцы в Париже оделись на деньги Советского Союза. Затем их посадили на советский корабль. В Одессе им, как когда-то шутцбундовцам в Москве, устроили торжественную встречу. Временно их разместили в гостиницах. Несколько недель испанцы отдыхали. Потом их расселили по разным городам Украины и России. Имевшие квалификацию пошли работать на заводы и фабрики, не имевших квалификации послали учиться. По указанию ЦК испанцам платили как самым высококвалифицированным советским рабочим. Кроме того, им не обязательно было выполнять норму. Так продолжалось три месяца. Потом им сказали, что они должны выполнять такую же норму, как и русские рабочие, но испанцы не восприняли это всерьез и продолжали работать прежними темпами. В конце месяца они пошли за зарплатой и увидели, что получили лишь несколько сот рублей, которых хватило бы всего лишь на восемь дней существования. Они начали бунтовать. Когда их стали успокаивать, темпераментные испанцы разошлись еще сильнее. Чтобы избежать скандала, профсоюз из своих средств выплатил разницу. Месяц прошел спокойно.

Квалифицированные рабочие зарабатывали столько, что им хватало лишь на скромную жизнь, зато неквалифицированные получали так мало, что не могли купить даже самого необходимого. Испанцы становились все более беспокойными. Многие бросили работу и уехали в Москву, где наведались в испанскую секцию Коминтерна. Там им помогли деньгами и отправили назад, на рабочие места.

На паровозостроительном заводе в Харькове, где работало сорок испанцев, произошла настоящая забастовка. Это привело к вмешательству НКВД. И будто по условному сигналу, во всех городах начались аресты испанцев. ОСО за «контрреволюционную деятельность» приговаривало их к восьми-десяти годам лагерей.

В 1940 году в Норильск прибыла группа из 250 испанцев. Дети юга должны были на Крайнем Севере отбывать свое наказание. Большинство из них заболело еще во время транспортировки. Доехавшие же рассказывали, что из Москвы их выехало более трехсот. В Норильске часть из них сразу отправили в больницу, а другую часть врачи признали непригодными к труду. Из двухсот пятидесяти испанцев сто восемьдесят нашли себе вечное успокоение в Норильске. Остальных в сорок первом году отправили в Караганду.
Когда такие вещи узнаешь в первый раз, они поражают, особенно на фоне благостных рассуждений о социализме, которые мы слышали в СССР, и сегодня слышим в новой России.

Что такое настоящий социализм, полагаю, мы с вами дискуссию вести не будем.

Хотя , судя по впечатлению, которое на вас оказали судьбы рабочих из Европы, эта тема вам не безразлична.
Послушаю ваши соображения на эту тему, выскажу свои.
Ваш.
Наполовину мой интерес к теме социализма и социального общества - просто любопытство и интеллектуальное развлечение. Но другая половина - интерес практический, даже наверное эгоистический интерес: работал со шведами несколько лет, если бы не климат, наверное даже рассматривал бы и искал возможности переезда. Благополучие действительно не может измеряться только уровнем финансового дохода. Ну или если может, то это не мой личный случай. Помню отзывы коллег о поездках в США - посетить интересно, но чтобы там жить и работать - абсолютно не нужно, так как там "напряженность и социальные проблемы".
Применительно к ЮВА - тут все интереснее намного, Лаос и Вьетнам могут стать реальной альтернативой Таиланду, но на это нужны годы, объективно для них социалистический выбор был лучшим из возможных, но из за разных стартовых условий им по развитию может и не удастся никогда сравнится с Таем, следовательно переезд туда это снижение качества жизни. Камбо в чем то перекликается с Россией. Особый случай, экстремальные повороты в развитии, как социализм у них стал проклятием (я имею в виду полпотовское время), в то время как у соседей, прямо рядом же, это же самое было изменением к лучшему - сложнейший вопрос.
С практической точки зрения мой интерес к жизни и-или работе с социально благополучными людьми обоснован тем, что это хорошая жизнь. Лучше чем дикий капитализм. И лучше чем капитализм цивилизованный. То есть даже если это останется размышлениями на досуге - это хороший, потенциально полезный досуг. Капитализм себя как социальная организация исчерпал. Нет смысла так сильно заботиться о материальном, материальная основа уже создана НТР, достаточно ей пользоваться. Потребительская культура стимулирует потребление ради потребления, это работает, но чтобы так жить было привлекательно лично для кого то - по моему надо быть достаточно глупым или амбициозным.

Что могу сказать, по этому поводу.
Искренне завидую вам. В наше время мир был для нас закрыт.
И по поводу где жить и работать.
Несколько лет назад появился новый человек Paul Romer с его предложением о a new charter city.

Economist Paul Romer proposes founding many new charter cities in developing countries. Romer suggests that a developing country pass a law that sets aside a tract of land for a new charter city. This charter city would be administered by a developed third-party guarantor government, and citizens from the host country (and maybe other countries) could move in and out as they please. The point of the charter cities idea is to give citizens the choice about where they want to live and to provide the basic rules and amenities required for economic growth. Ideally, by establishing a city with highly developed rules and governance in an underdeveloped region, living and working in a charter city may provide a closer and more attractive alternative to moving far away to more developed countries.[5][6]

Знаю было пару попыток строительства таких городов. Обе неудачные.
Возможно они сегодня где то и продолжаются.
За англоязычной прессой не слежу, вот мой пост на эту тему старый.
https://denisov2008.livejournal.com/317883.html
ваш.

June 2018

S M T W T F S
     12
3456789
10111213141516
17181920212223
24252627282930

Tags

Powered by LiveJournal.com